Хотя в оригинале эта лента называется «Эффект близнецов 2: Война мечей с династией», а в главных женских ролях снимались Шарлин Чой и Гиллиан Чун — молодые певички из группы «Близнецы», она не имеет никакого отношения к вампирской фантазии «Эффект близнецов», снятой двумя годами ранее. В российском прокате решили воспользоваться переводом международного англоязычного названия — «Хроники Хуаду: Лезвие розы». И если его первая часть не очень-то соответствует по жанру, вступая в противоречие с типично фантазийной приключенческо-комедийной манерой фильма, то вторая представляет собой всего лишь красивый образ, не имеющий никакого отношения к действию.

Разве что двух китайских красоток, которые обладают искусным фехтовальным мастерством и ловко владеют приёмами восточных единоборств, стоило бы сравнить с «лезвиям роз». Тем более что речь идёт о временах, когда на территории Хуаду правила молодая императрица, возненавидевшая мужчин по романтическим обстоятельствам своего девичьего прошлого, и все представители сильного пола были превращены в рабов и слуг, именуемых «болванчиками». Однако согласно предсказанию, крах династии женщин-правительниц должен был наступить только при появлении царственного наследника, который смог бы исполнить пророчество и низвергнуть власть своеобразных «азиатских амазонок».

Картина опытного постановщика боевых сцен Кори Юэня (он здесь выступил также и в качестве «хореографа поединков», заслужив очередную номинацию на Гонконгский киноприз) и его более молодого коллеги Пэтрика Луна снабжён, в соответствии с нынешней модой, всеми приметами спецэффектного зрелища — и отдельные моменты вполне могут впечатлить. Хотя в целом ей всё-таки не хватает, кроме, конечно, чувства стиля и меры, ещё и какой-то бесшабашности, бесхитростности и непосредственности, чего в избытке содержалось в ранних работах Джеки Чана. Тут он согласился предстать лишь в небольшой роли Повелителя войны, а одну из главных мужских ролей доверил собственному сыну, 21-летнему Джейси, который оказался соискателем Гонконгской кинопремии в категории «новый талант». Порой и у него вдруг проскальзывает нечто фирменное из отцовского репертуара, но отпрыск ощущает себя на экране не столь раскрепощённо и комически изобретательно, как это нередко было свойственно родоначальнику «комедий кунфу».