Изначальный сюжетный ход этой ленты действительно оригинален — перенести действие классического приключенческого произведения «Остров сокровищ» Роберта Луиса Стивенсона, многажды экранизированного, на сей раз… в космос, где пираты-киборги охотятся за кладом, спрятанным межпланетным грабителем Флинтом где-то на просторах Вселенной. У одноногого Джона Силвера вместо попугая на плече — некое забавное создание Морф, которое постоянно меняет свою форму и чем-то напоминает Флаббера. А привязчивым спутником юного Джима Хокинса оказывается не менее смешной робот Б. Э. Н, который изъясняется наподобие Джар Джар Бинкса из картины «Звёздные войны. Эпизод I — Скрытая угроза».

И вообще в новой работе известных аниматоров Рона Клементса и Джона Маскера, авторов популярных фильмов «Русалочка», «Красавица и Чудовище» и «Аладдин», немало фантастических трюков в духе современных суперзрелищных кинокомиксов, что, разумеется, должно было бы привлечь нынешних детей, увлечённых компьютерными играми и виртуальной реальностью. Однако чего-то весьма дорогостоящей ($140 млн.) ленте не хватило, если она не вызвала особого энтузиазма в американском прокате, собрав в три с лишним раза меньше собственного бюджета, пусть и была номинирована на «Оскар» в анимационной категории.

Думается, что художественная (оставим в стороне коммерцию!) полуудача «Планеты сокровищ» заключается именно в половинчатости творческих решений её создателей, которые старались, с одной стороны, следовать тексту «Острова сокровищ», а с другой — насыщали действие собственными фантазиями. Но в единый по стилю анимационный фильм это никак не складывается, а желание режиссёров иронически перефразировать в своём сочинении игровые кинохиты с непременными полупародийными цитатами тоже не приводит к искомому итогу. И не получается столь же волшебное и остроумное преображение «постмодернистской эклектики», как в «Аладдине».

Кроме того, прежние картины Клементса и Маскера значительно выигрывали благодаря песням, вообще музыкальному (в духе обожаемых американцами мюзиклов) построению рисованных лент — а тут всего лишь парочка поп-арий явно погоды не делает. Всё существует словно отдельно одно от другого, и по частям вроде представляет некий интерес, а будучи сведённым вместе, почему-то не звучит, не играет в полную силу. Будто в оркестре расстроены инструменты, каждый дует в свою дуду, а музыки нет!